Патриоты, но не СССР

В том, что патриоту может не нравится Советский Союз, нет ничего необычного. Например, человеку может не нравиться идея построения социалистического общества или торжества массовой культуры. Между патриотизмом и булкохрустием — расстояние изрядное.

Советская власть была весьма радикальна — но всё равно гордилась победой над Наполеоном.

И даже белогвардейцы изображались с иронией — как люди, которые не понимают что их время ушло. Однозначным злом из Белых полагались деятели вроде Краснова — которые пошли на сотрудничество с нацистами и под видом “спасения” страны были готовы обеспечить её полное уничтожение.

Точно так же, как “назад к Ленину” вовсе не означало “назад к Троцкому” и немедленный курс на всемирную революцию и земшарную республику Советов. Потому что земшарная респулика — это уничтожение государства.

Эта градация сохраняется и сейчас — кто-то просто симпатизирует белому благородству (адекваты), а кто-то неистово тащится от всяких Красновых, потому что они “краснопузых бесят” (булкохрусты). Последних меньше, но они смешнее и заметней. Аналогично с умеренным просоветскими (тот же Гоблин очень умерянный) и буйными якобы-либералами (чей западный аналог — всевозможные леваки-троцкисты), которые хотели бы видеть Всеземшарный Евросоюз и истребление под корень “великорусского шовинизма”.

Потому что патриотизм — это про государство и его жителей. Хотим мы, чтобы оно существовало дальше — или готовы пожертвовать им ради “уничтожения краснопузой сволочи”/“мировой земшарной республики”/“всемирной демократии”.

Конечно, есть определённый возраст, когда второй вариант кажется предпочительней. Но годам к 17 у большинства это проходит. Или уже не проходит никогда.

Бум Эрдени против

Редакторы радуют талантом редактировать то, что не нуждается в редактировании.

Сейчас пишу «Бум Эрдени поражает девятиголового черного мангуста» ― монгольское сказание.

Н. К. Рерих. Листы дневника (1946)

Картину он написал. Она в начале поста. В каталогах её называют “Бум Эрдени”

Видимо, в оригинале стояло “мангуса”.

И имелся в виду не чёрный африканский мангуст, который в Монголии не водится, а именно “мангус” — многоголовый дракон из монгольских легенд.

Чеховский мангуст

У А.П. Чехова в Москве жили два домашних мангуста (“мангус”, как писали тогда, от англ. mon­goose), купленных на Шри-Ланке.

Со мною же и мангус, вынимающий из бутылок пробки и бьющий посуду. Если тебе не случится видеть сего зверя, то это будет такое лишение, что и представить трудно. Ради зверя следовало бы приехать к нам.

После некоторых приключений один умер, а второго за безобразия сдали в зоосад.

Кто убивает интернет-журналистику

Когда-то журналистика считалась четвертой властью. Уже тогда надо этим посмеивались — если это действительно власть, то почему говорят “застрял в газете”, но никогда “застрял в парламенте”?

Сейчас все еще веселей. Интернет освободил журналиста от ответственности, но не от необходимости зарабатывать.

Что раньше удерживало журналиста от того, чтобы гнать порожняк? Только потеря репутации.

Хочешь печататься в Times — соответствуй. Не можешь — или в Чешир Тудей. Но даже Чешир Тудей надо соответствовать, а то тиражи упадут.

Интернет дал оперативность, но уничтожил подписку. И издания стали свободны от тиража, читателя и здравого смысла. Единственный, от кого они зависят на 120% — хозяин, который деньги даёт.

А хозяин свои издания как раз не читает

Бомж в маршрутке

Напротив меня в маршрутке — неопрятный субъект в засаленой куртке и с частично рыжей бородой. К счастью, не пахнет.

Рассказывает, что он эксперт по всем вопросам. У бомжа всегда много времени, поэтому он охотно выступает на ТВ. Его приглашают в различные шоу (например “это, с Трехлебовым про язычников”), ему всегда есть что сказать.

Выруливаем на автостанцию за вокзалом. Бомж выходит и садится прямо на асфальт.

На Тибет

Даже переехал на Тибет” (“Советская Белоруссия — СБ — Беларусь Сегодня”, 2017 год)

Это не ошибка, а вариант употребления. В известной песне “Дискотеки Аварии”: “На Тибет, на Тайвань” и т.д.

Социальный лифт

Социальный лифт” — это французское выражение (l’ascenseur social).

Те в России, кто больше всех о них плачут, по французским меркам очень неплохо устроились. Партийные журналисты-“мыслители”, от которых не требуется ни образования, ни мыслей, ни умения писать — это же невероятная халява по французским меркам.

Роберт Силверберг о своём творческом методе

David Hor­wich: You’ve had an impres­sive­ly pro­lif­ic career as a writer. How do you main­tain a high lev­el of cre­ativ­i­ty and pro­duc­tiv­i­ty? Do you have par­tic­u­lar­ly dis­ci­plined work­ing habits?

Robert Sil­ver­berg: Absolute­ly. When I’m work­ing, it’s Mon­day to Fri­day, week in and week out, at my desk at 8:30 AM and fin­ished at noon, nev­er any devi­a­tion. I work flat out all that time, no phone calls, no dis­trac­tions. This is my sched­ule from Novem­ber to April; I rarely work at all between April and Novem­ber, but when I do, in some spe­cial instance, I main­tain the same steady dai­ly sched­ule until the job is done. Until 1971 I worked a longer day — nine to noon, one to three — and my out­put was accord­ing­ly greater, but after that year I saw no need to push myself quite that hard. But even now, when I’m rel­a­tive­ly inac­tive as a writer com­pared with my furi­ous pace of decades ago, I feel no alter­na­tive but to keep to the steady sched­ule while I’m work­ing: I sim­ply know no oth­er com­fort­able way to work.

DH: Have you ever run into writer’s block? If so, how have you dealt with it?

RS: There are plen­ty of days when I’d rather not go to the office and write. I write any­way, on such days. Once I get start­ed, the reluc­tance usu­al­ly dis­ap­pears.

Полезные советы для эмигрантов

Полезные советы для эмигрантов (от Lidiya Kim). Что надо делать, чтобы на новом месте очень быстро всё просадить и пулей полететь на историческую родину.

0. Абсолютный страйк. Приехать нелегально. Без документов. В надежде “как нибудь это решить на месте”. На этом спецолимпиада сразу заканчивается, вы занимаете весь пьедестал, набрав полные руки золотых медалей.
1. Приехать не зная языка. Это тоже сразу серьезная заявка на успех.
2. Ехать с ожиданиями, что в другой культуре будет меньше абсурда повседневной жизни, чем в родной. Что где-то у людей нет иерархического инстинкта, а гравитация не такая бессердечная сука.
3. Никого не знать. Не иметь профессиональных связей. Идеально — вообще никогда прежде не бывать в пункте назначения. И совсем вишенка на торте — воображать его местом сбычи всех новогодних списков разом. Там где у всех гусениц сразу вырастают крылья и никто их вновь прибывшей бабочке не захочет оборвать.
4. Не иметь четкого плана — что, как, когда, с кем вы будете делать на новом месте, где и как работать-учиться-жить. И на что. Надеяться “на месте разобраться”.

Это в общем главные гайдлайнс. Остальное — так, виньетки.

5. В целях облома, лучше конечно ехать в мононациональные страны. Франция, Швейцария, Испания. Еще лучше — с четким, исторически сложившимся классовым делением, как Великобритания. Ещё лучше в маленкие уютные городки, где пустили корни почтенные семейства, собственноручно восстанавливашие эти мостовые и церкви после Наполеона и Гитлера, а еще лучше — Советской Армии! И ни в коем случае не соваться в изначально иммигрантские — США, Канаду, Австралию. В мегаполисы с пышным разнообразием, где все откуда то приехали. Там у вас будет шанс прижиться — а цель “ползти на родину на коленях”. Поэтому только крохотные городки, лучше где-нибудь в недрах Норвегии, с лютыми, бородатыми националистами.
6. Годный вариант выйти замуж ради “визы невесты”. Она в большинстве стран заканчивается одновременно с отношениями и “жена по почте” товар, подлежащий обмену. Можно достигнуть цели так же быстро как на страйке и с большим уроном. Так что не стоит пренебрегать этой wild card.
7. Еще очень полезно ничего не уметь делать лучше местных. Ни в чем не быть специалистом, и ни в коем случае — экспертом. Не предлагать никакого уникального навыка. Конкурировать с неприхотливыми мексиканцами или трудолюбивыми выходцами из Азии. Тоже гораздо менее прихотливыми. Вы таки не поверите — но чисто статистически стран, где жизнь хуже чем в России, гораздо больше, чем тех, где лучше
8. Очень полезно собираться на пятиминутки ненависти к стране происхождения, встречая соотечественников переходить на другую сторону улицы, мимикой и жестами показывать местным, что вы теперь один из них. Шикарный жест — сжечь национальный паспорт до того, как дадут паспорт новой страны.
9. Не будет лишним продать все имущество, разрушить все мосты, крикнуть “карету мне карету!”, “прощай немытая Россия!” (или Украина, или Молдова — в зависимости от ситуации).
10. Очень хорошо приезжать без запаса денег, достаточного чтобы поддерживать вас в переходно-адаптационный период.

Список далеко не полный. Соотечественники, кто зафейлил миссию “ползка обратно на коленях” — дополняйте в комментариях. #лиляким

Дополнили:

11. Ехать с полной уверенностью, что на новом месте вам должны.
12. Приежать в как можно более зрелом возрасте.
13. Вести себя так, как будто никуда не уезжал. Свято соблюдать все традиции родины и отвергать местные. Отмечать день ВДВ купанием в фонтане — no mat­ter what. Приехав в некоторые страны, в качестве small talk интересоваться почему во время второй мировой они были на неправильной стороне истории.

Однако, даже неукоснительное исполнение всех пунктов — не гарантия успеха. Есть индивидуумы, которые сделали все перечисленное и все равно как-то прижились.